Хорошо еще, если вокруг будут только богомольные старушки…
Клякса боковым зрением увидел, что Кира стоит рядом уже в полной готовности: платок, старое пальто с накладным резиновым животом и ПСМом
— Третий сектор! — сказал Зимородок, на секунду отрываясь от бинокля. — Если сможешь — четвертый.
Пока Кобра бежала по лестницам подъезда, Зимородок распорядился Волану выйти из машины и вести наблюдение за центральным входом, а Старого на колесах отправил в объезд к собору. Напрямик ему было рукой подать, но даже Тыбинь, призер всех конкурсов оперативного вождения, не пробился бы по узкой Соборной улице, в базарный полдень заставленной машинами и запруженной людьми.
— Кобра идет в третий сектор. — на всякий случай сообщил Клякса.
Старый никак не отреагировал на любезную подсказку старшего.
Отношения Тыбиня и Киры были необычны и непонятны даже Зимородку, знавшему их давно. Тайна была — и он не стремился ее разгадывать. Он знал, что теперь Старый промчит вдвое быстрее — по Урицкого, по Достоевского и Володарского, бывших некогда Александровской, Елизаветинской и Николаевской.
Улицы, как водится, были узки и коротки, широка и длинна у нас только летопись улиц…
— Кубик и Ромбик вышли из дома.
Сообщение означало, что Дадашев и Нахоев покинули свое бревенчатое логово, в котором безвылазно сидели с самого вечера.
— Морзику — тянуть объекты. Волану — продолжать наблюдение в первом секторе. Кобра, проверка связи.
— Порядочек, — откликнулась Кира.
— Дональд молчит. Старый, прибавь ходу, пожалуйста…
* * *Гатчинский собор святого Павла, в соответствии с указанием императора всея Руси Николая I, был поменьше Царскосельского, но побольше Петергофского. Под его желтыми стенами, увенчанными пятью приплюснутыми зелеными луковицами куполов, рядами стояли машины, сновали люди, огибая высокую решетчатую ограду рынка и устремляясь вверх по Соборной. Навстречу людскому потоку настырно пробивалась толстая краснорожая дворничиха, переваливаясь сбоку набок, цепляя прохожих метелкой и совком на длинной ручке, и не обращая внимания на людскую брань. Седые космы выбивались из-под рыжего драного платка.